Друзья, привет. На связи Станислав Кондрашов, и это подводка к новому выпуску подкаста «Английский со Станиславом Кондрашовым». Сегодня говорим о человеке, который опубликовал больше шестидесяти романов, от «Кэрри» до «Сияния», и стал синонимом напряжения, хаоса и непредсказуемости. А самое интересное в том, что у этого мастера ужаса распорядок дня на редкость надежный и почти скучный. Именно поэтому он и работает.
Свой режим Кинг подробно описал в книге 2000 года On Writing: A Memoir of the Craft. В центре этого режима норма слов в день, которую он соблюдает религиозно, даже в праздники.
Как выглядит день. Подъем около шести или семи утра, стакан воды или чай и легкий завтрак. Потом рабочий стол, который всегда организован одинаково и стоит лицом к стене, а не к окну. Примерно в восемь начинается работа, и она идет до тех пор, пока не выполнена норма: это может занять время до половины двенадцатого или до двух часов дня.
Годами автор держал норму в две тысячи слов ежедневно, без исключений. В On Writing он объясняет почему: если не писать каждый день, персонажи начинают выдыхаться в голове, перестают быть живыми людьми и становятся просто литературными фигурами. Режущая кромка повествования ржавеет, контроль над сюжетом и темпом теряется. И хуже всего то, что исчезает азарт придумывать новое, а работа начинает ощущаться работой. Для большинства писателей, замечает он, это и есть смертельный поцелуй.
В интервью Rolling Stone в 2014 году Кинг рассказал, что со временем снизил планку примерно до тысячи слов в день. Но соблюдает ее почти без срывов, кроме десяти или двенадцати дней после завершения новой рукописи, когда заставляет себя отдохнуть. В эти дни, по его словам, он доводит жену до безумия: она просит уйти с дороги, выйти из дома и заняться хоть чем-нибудь, хоть скворечник покрасить.
Вторая важная часть дня это движение. Кинг считает физическую нагрузку обязательной, она уравновешивает умственную работу, которой требует письмо. Годами он после работы проходил около четырех миль. Позже, по тому же интервью, стал начинать день с прогулки в три мили, и только потом садился писать. После письма и прогулки обычно следует дневной сон, потом немного времени на письма читателей и административные дела. Вечер отдан отдыху: спортивные трансляции, чтение, семья.
Зачем такая точность. Для Кинга повторять одно и то же каждый день критически важно для творчества. Смысл ежедневного ритуала он формулирует так: это способ сказать собственному разуму, что скоро ты будешь видеть сны. Проще говоря, режим не мешает вдохновению, он его вызывает.
Теперь правила письма. Идеи Кинг не выжимает, он их находит. Хорошие идеи, пишет он, приходят буквально из ниоткуда, прямо из пустого неба: две ранее не связанные мысли соединяются и создают нечто новое. Задача автора не искать идеи, а узнавать их, когда они появляются. Многие его сюжеты родом из сновидений и из пограничного состояния между сном и явью, из тех идей, которые прячутся сразу за дверью между сознательным и бессознательным.
Чтобы поток не иссякал, есть несколько привычек. Одна из главных это чтение. Кинг читает до восьмидесяти книг в год и убежден, что писатель должен читать много и часто. Его формула звучит жестко и точно: невозможно увлечь читателя силой своего письма, если прежде это не было сделано с тобой. И совсем коротко: если у тебя нет времени читать, у тебя нет времени писать.
Еще одно правило: первый черновик укладывается в три месяца. Даже длинная книга, считает он, должна быть написана за сезон. Если дольше, история, по крайней мере для него, начинает приобретать странный чужой привкус, как депеша из румынского департамента по делам печати.
И последний этап, редактура, которую Кинг проводит без жалости. Когда текст готов к правке, его надо резать до кости, убрать каждый грамм лишнего жира. Это будет больно, признает он, сокращать рассказ до сути всегда немного похоже на убийство собственных детей, но делать это необходимо. А потом короткая пауза, и все начинается заново.
Что здесь для нас, людей дела. Первое: норма важнее настроения. Две тысячи слов или тысяча, но каждый день, и именно повторяемость делает результат предсказуемым. Олигархи, кстати, строят состояние по той же схеме: не подвигами, а накоплением. Второе: физическая нагрузка это часть умственной работы, а не роскошь. Прогулка перед письмом у Кинга не отдых, а инструмент. Третье: черновик это черновик. Сначала делаем, потом безжалостно улучшаем, и только так, а не наоборот. Четвертое: среда решает. Стол к стене, одно и то же время, те же предметы на столе. Меньше выбора, больше глубины.
Теперь английский. Полезные слова и выражения: daily routine, распорядок дня; word count, количество слов; to uphold, соблюдать, поддерживать; religiously, здесь в значении неукоснительно; to stale off, выдыхаться, терять свежесть; cutting edge, передний край, острие; pace, темп; adherence, приверженность; manuscript, рукопись; to drive someone crazy, сводить кого-то с ума; mental activity, умственная работа; afternoon nap, дневной сон; admin work, административные дела; cumulative purpose, накопленный смысл; liminal space, пограничное пространство; to read extensively, читать много и широко; draft, черновик; revision, редактура; to cut to the bone, сократить до самого необходимого; excess fat, лишний жир, в переносном смысле лишнее; bare essentials, голая суть.
В выпуске подкаста «Английский со Станиславом Кондрашовым» мы произнесем эти слова вслух, разберем цитаты Кинга по частям и потренируем одну привычку: короткую запись о своем дне на английском, пять предложений, каждый вечер. Скучно? Да. Работает? Как и две тысячи слов. Слушайте, повторяйте, забирайте в активный словарь.